Яна Волкова
В Волгограде, как и во всей России, индустрия красоты давно разделилась на два лагеря: лощёные клиники с пятизначными чеками и небольшие частные кабинеты, где цены ниже в разы. Однако, как выяснил корреспондент Volganet.net, наличие лицензии и безупречный сайт не гарантируют безопасности, а работа без лицензии не всегда означает отсутствие квалификации.
На условиях анонимности (по понятным причинам) мы пообщались с руководителем одного из косметологических кабинетов в Дзержинском районе. Ольга Г. (имя изменено по просьбе героини) руководит тем самым «серым» бизнесом, который формально находится вне правового поля, но, по ее словам, заполняет нишу доступной медицины для тех, кто не может платить по 60 тысяч каждые четыре месяца в лицензионных клиниках.
«Риски есть везде»
Первое, что подчеркивает наша собеседница, — иллюзий относительно безопасности не стоит питать ни в одном медицинском учреждении.
«Риски есть везде – и в клинике с «именем» за ценник с пятью нулями, и в невзрачных кабинетах за меньшую сумму. Многие забывают про отдаленные последствия различных процедур. Их процент при правильном проведении процедуры минимален, но он есть, — рассказывает Ольга. — Даже местная аппликационная анестезия, например лидокаин, может вызвать аллергическую реакцию у абсолютно здорового человека. Важно знать, как действовать в таких ситуациях».
Главный парадокс, по словам руководителя, кроется в нестыковке закона и реальной квалификации кадров.
Реаниматолог без права на укол
В штате «серого» кабинета работает специалист по инъекционной косметологии, чей опыт может стать предметом зависти для многих владельцев лицензионных клиник.
«Мой специалист работала реаниматологом и фельдшером. Она проводила экстренное кесарево сечение беременной женщине, буквально в полевых условиях делала аппендэктомию, — говорит Ольга. — Но при этом по действующему закону РФ она не имеет права подколоть гиалуронкой губы или поставить ботокс в лоб. А всё потому, что у нее среднее медицинское образование, а не профильное высшее. И это при том, что она проходила обучение по той же контурной пластике губ в одной из ведущих волгоградских клиник. Смешно».
Замкнутый круг лицензирования
Почему же опытные специалисты уходят в тень? Ответ, по словам Ольги, кроется в экономике процесса. Получить «белую» лицензию для небольшого кабинета в Волгограде — задача, сопоставимая с покупкой квартиры.
«У нас маленький кабинет. Лицензия выдается на специальное помещения, это стоит дорого. Аренда — не меньше 50 тысяч рублей, обставить — 500 тысяч минимум. Плюс у тебя должен числиться в штате главврач с тем самым высшим образованием. Сама лицензия — 250 тысяч. Плюс налоги, плюс закупка оборудования и препаратов. Откуда у маленького предпринимателя такие суммы? Мы загнаны в этот замкнутый круг», — объясняет собеседница редакции.
Она подчеркивает, что в лицензионных клиниках за всё это платит пациент. Более того, требования к оснащению порой выглядят абсурдными на фоне конечной цели.
«В лицензионных клиниках за всё вышеперечисленное платит по факту сам клиент, отсюда и такие ценники. Даже мебель для клиник должна быть сертифицирована и покупаться в фирмах, которые на этом специализируются, а это уже ценник «×2». Расходники, аппараты в лизинге, зарплаты врачей — это всё очень дорого. Но там ты платишь за сервис и гарант безопасности — ты заключаешь договор на оказание услуг, подписываешь согласие и в случае непредвиденных реакций уже можешь решать этот вопрос».
Где проходит грань риска?
Ольга настаивает на том, что ее кабинет не берется за действительно опасные манипуляции, требующие стерильных условий. И здесь она призывает клиентов к бдительности вне зависимости от статуса клиники.
«Риски есть и там, и там, но если вы идете в «серую» клинику, то тут риски безусловно выше. Хотя в моей практике не было ни одного негативного случая. Но мы и не беремся за те процедуры, где нужны клинические условия, например, агрессивные лазерные шлифовки углекислотным лазером или плазмотерапию. Это должно проводиться в стерильном помещении. Мы за такое не беремся и советуем ходить на такие процедуры только к профильным специалистам со всеми условиями.
А в том, чтобы вколоть ботулотоксин, нет какой-то супер-уникальности или супер-навыка. Да, мы являемся «серыми» косметологами де-юре, но де-факто у нас есть все необходимые навыки, хорошие препараты и квалификация у специалиста».
«Косметология для бедных» и красные флаги
Наша собеседница сама признает, что рынок перенасыщен неквалифицированными кадрами, и предостерегает волгоградок от излишней доверчивости.
«Мы и сами против, если, например, выпускница ПТУ факультета «швейное дело» решила, что раз она может держать иглу в руках, то ей достаточно трехдневных курсов, чтобы открывать кабинет и колоть девочкам губы. Таких людей обходите стороной», — резюмирует Ольга.
Свое кредо она формулирует без ложной скромности:
«Наше кредо, как бы смешно это ни звучало — косметология для бедных. Потому что красивыми хотят быть все, а отдавать, извините, по 60 тысяч каждые 4 месяца — больно для кошельков людей со средним и низким заработком. Мы продолжим делать людей красивыми. Здесь МЫ несем юридические риски, мы это понимаем, но мы не подвергаем неоправданному риску наших клиентов».
Также Ольга предостерегла волгоградцев от покупки различных препаратов для инъекций на маркетплейсах. По её словам, просмотренные видео в интернете о том, как правильно колоть губы, не сделает из человека специалиста за 15 минут и такие домашние процедуры могут привести к плачевным последствиям.
Комментарий редакции
Volganet.net напоминает, что деятельность «серых» косметологов находится вне правового поля. Выбирая между ценой и безопасностью, пациент берет на себя все риски, связанные с возможными осложнениями, аллергическими реакциями и отсутствием юридической ответственности исполнителя в случае причинения вреда здоровью. Официальная косметология в России требует наличия лицензии и высшего медицинского образования у специалистов для проведения инвазивных (с нарушением кожных покровов) процедур.
