in , ,

Наталья Милявская. «Самые фееричные придурки – это писатели»

Автор нескольких книг, сценарист, в прошлом – звезда волгоградского ТВ – о настоящем и будущем.

Коллаж: Андрей Цветков/ Volganet

На наше интервью Наталья Милявская немного опаздывала (можно простить творческому человеку). Чтобы скоротать время, открыла в телефоне её книгу «Адреналин. Как убить скуку: пособие для начинающих маньяков». С первых страниц захотелось, чтобы Милявская еще немножко постояла в пробке – настолько захватило чтение. Но рыжий огонь в эту же минуту ворвался в кафе.

Наш увлекательный разговор продолжался более часа. Как и с книгой, с Наташей очень не хотелось расставаться…

Космополит безродный

Volganet: начнём, пожалуй, с самых истоков. Наташ, ты говорила в одном из интервью, что родилась в театре. Это в каком смысле?

Наталья Милявская: Моя мама – актриса музыкальной комедии. Она работала в и Свердловске, и в украинском Днепропетровске, где, кстати, познакомилась с моим папой. Папа тоже работал в театре – кларнетистом. Потом они перешли в Волгоградскую музкомедию. Поэтому я действительно родилась в театре. С самого раннего детства ездила с родителями на гастроли, спала в каких-то гримерках, где меня заваливали костюмами вместо одеял. То есть, театр для меня – это родное.

 

– Но в театр ты все-таки не пошла? Потому что в Волгограде Наталья Милявская была известна, как знаменитая телеведущая, ведущая различных шоу. Например, я помню, как ты вела первую «Ночь пожирателей рекламы», когда в Волгоград приезжал её создатель – Жан-Мари Бурсико…

– «Ночь пожирателей рекламы» меня не отпускает, кстати. Я по образованию режиссёр театрализованных представлений и массовых праздников – окончила наш ВГИИК. Когда агентство «Премия-PR» начало проводить в Волгограде «Ночь», я принимала в шоу активное участие. Потом переехала в Санкт-Петербург, где мне предложили работу в рекламном агентстве ТВИН Медиа, которое является правообладателем «Ночи пожирателей рекламы» в России. Даже когда ушла на другую работу, со всем коллективом сохранились отличные отношения. Так что билеты до сих пор перепадают (смеётся).

– Наташ, с карьерой журналиста и телеведущей ты тоже довольно быстро закончила?

– Моя карьера на этом поприще продлилась действительно недолго – примерно четыре года.

Я снимала репортажи про всё: про цирк, про звёзд, про животных… Наверняка, кто-то помнит мой «Телемагазин» — кажется, меня так и называли, если узнавали на улице.

– Почему решила, казалось бы, на взлёте карьеры «понаехать» в Москву или, точнее, в Санкт-Петербург?

– Ну, скажем так, я безродный космополит, поэтому мыслю в масштабах планеты Земля. Мне интересно всё! Может быть, те, кто остался в Волгограде, смотрят на меня с эдаким прищуром и говорят: «Бросили, предали, жили бы здесь и развивали родной город!». Эта точка зрения имеет право на существование. Но в какой-то момент я поняла, что вот прихожу я домой, занимаюсь своими делами, а по телевизору я, другая, рассказываю про новые диваны или «Иванушек», приехавших в город. Тогда я поняла, что пройдёт 20 лет, и я также включу телевизор и увижу себя, рассказывающую про что-нибудь в том же роде. Пришло осознание: про это я всё знаю и мне больше не интересно. Получается, моё неуёмное любопытство и выгнало меня из Волгограда.

 

 

Признаюсь, мне было очень тяжело первое время. Но есть такие решения, которые Кант назвал «гипотетический императив»: когда что-то рождается внутри тебя и ты не можешь идти против этого. Это тяжело, это страшно – начинать все с нуля. Скажу честно, первое время я рыдала над новой жизнью. Но не уехать я не могла. Год прожила в Питере, благодаря ТВИН Медиа облетела всю страну…

– А через год случилось то же самое? Ты бросила и Питер?

– Да, я жадная. Я поняла, что там для моих личных творческих амбиций нет развития. Это, наверное, мой эгоизм.

Странные люди – это мы

– Первую книгу ты начала писать, когда ещё жила в Питере? Как это случилось? Ты проснулась одним прекрасным (или не очень) утром и решила: «Я буду писать книгу»?

– Когда я переехала в Санкт-Петербург, мне было одиноко, тяжело. Если не ездила в командировки, вечерами сидела в съёмной комнате (съёмное жилье случилось для меня впервые), или гуляла по Питеру с подругой. А в Питере — вечно холодно, сыро. Очень красивый, но очень странный город.

Видимо, питерским ветром мне и надуло в голову… Так я и начала писать первую книгу, которая называется «Время бабочек». Признаюсь, её сейчас уже не опубликуют, потому что законы изменились. Главный герой книги — нетрадиционной ориентации. Это отсылка к одному моему другу, который является очень яркой личностью. Наше с ним общение и родило эту трагическую историю.

– Почему «Горбатая гора» имеет право на существование, а «Время бабочек» нет?

– Ага, а потом мои друзья, у которых есть дети, скажут: «Милявская, ты обалдела?». Так вот, эту книгу я показывала в издательствах. Там мне сказали, что пишу я хорошо, но не подхожу ни под одну серию. Говорили, что в книге нет действия: все только ходят и разговаривают. В конечном итоге я плюнула и решила: хотите действия – будет вам действие.

– Экшн?

– Да, экшн. Начала писать «Адреналин. Как убить скуку: пособие для начинающих маньяков». Это был 2011 год.

– Не будем портить удовольствие тем, кто ещё не читал твоей книги. Но скажи, ты сама принимала участие в этих авантюрах? Когда читаешь книгу, складывается ощущение полной реалистичности происходящего.

– В аферах не участвовала, но мне помогает воображение и знание системы Станиславского (я же по образованию режиссёр). Потому как если всё хорошенько придумать (что было бы, если бы…), ситуации становятся реалистичными.

– Ну а как вообще происходит работа над книгой? Ты сначала продумываешь план, прорабатываешь концепцию, собираешь материал?

– На самом деле идея падает буквально на голову. Ты начинаешь думать: «А что могло бы быть, если бы…». Часто происходит, что в метро под стук колёс приходят мысли и я сразу начинаю их записывать. Если я потеряю телефон, тот, кто найдет его и прочтет мои заметки, озолотится, если сможет продать их в Голливуд!

– Наташ, в твоём «Скупщике» есть фраза, которую произносит Демон: «Самые фееричные придурки – это писатели». Это ты так о себе?

– (Смеётся). А еще в «Адреналине» есть фраза: «Если вы скажете, что мы придурки, то мы сочтём это за комплимент».

– И что, реально комплимент?

– Конечно! «Смотрите, какие странные люди!» – отлично, это мы!

Я не то чтобы стою в белом пальто и вещаю, что жить по схеме – это скучно. Но я дико не люблю мещанства в плохом смысле этого слова.

То есть, люди родились для того, чтобы для галочки отучиться в каком-то институте, пойти работать, купить крутую тачку в кредит, квартиру в ипотеку. Вечная беготня за блестящими, дорогими предметами, подчёркивающими твой статус. Это скучно! Я понимаю, что сейчас мы живём в эпоху потребления. Нас система воспитывает так, чтобы мы видели собственный успех в покупке вещей, которые представят нас в обществе как людей успешных. Ты заработал на последний iPhone – ты молодец. И никому не интересно, что ты последние трусы или почку продал.

 

Для меня эта схема кажется дико скучной. Поэтому, когда выясняется, что у меня нет квартиры, нет машины, а все свои деньги я спускаю на путешествия, на меня несколько странно смотрят люди. «Ну, Наташ, надо уже как-то серьёзнее относиться к жизни», – говорят они мне. Значит, если я куплю себе большую дорогую тачку и буду с надутыми щеками на ней ездить – я живу правильно.

– А почему ты уехала из Санкт-Петербурга в Москву?

– Мне было в Питере не очень комфортно, в первую очередь, из-за погоды. Через общих друзей я познакомилась с музыкальным продюсером группы «Банд’Эрос» Александром Дуловым (меня, кстати, работа всегда сама находит), и он предложил стать пиарщиком группы. Моя работа заключалась в том, чтобы писать тексты на сайт, новости и сопровождать ребят из группы на интервью с журналистами. В принципе, это то же, чем я занималась раньше, только раньше сама брала интервью у звёзд, а здесь сопровождала звёзд и договаривалась об интервью.

Шесть прекрасных лет, пусть они были нервными и бессонными, я посвятила этой работе. Когда ты работаешь с успешной группой, у тебя нет чёткого расписания, может не быть выходных, тебя могут поднять посредине ночи. Или ты двое суток без перерыва можешь прожить в павильоне, где снимается клип. Но я люблю такую жизнь.

– Никакого мещанства?

– Ну да. Наверное, я все-таки выгляжу как сноб в белом пальто (смеётся). Я счастливый человек, меня так воспитали родители, они у меня творческие люди. Мой папа, музыкант, к сожалению, год назад ушёл, но он всегда говорил: «Главное, чтобы у меня были инструменты и где поспать». Вот его инструменты мне в наследство и достались! И я живу по такому же принципу.

Так вот, возвращаясь к «Банд’Эрос», у меня были прекрасные отношения со всеми ребятами. И как-то мы разговорились с Батиштой, который, узнав, что я пишу книги, предложил совместное творчество. Тогда я поняла: Кирилл – отличный персонаж для истории.

Чтобы стать звездой, нужно умереть

– Я так понимаю, речь идет о книге «Быстрее С»?

– Совершенно верно. С – это смерть, судьба. Музыканта в книге преследует некий рок, и журналистка, которая пишет про него книгу, становится для него неким ангелом-хранителем.
К сожалению, в наши дни, чтобы стать звездой, нужно умереть! К примеру, Эми Уайнхаус. Вчера зло обсуждали, что она поправилась, или похудела, что она вышла пьяная и так далее. Стоило ей умереть, как все запричитали: «Боже, какую звезду мы потеряли!». Майкл Джексон и многие другие… Это адское лицемерие. Сейчас бесконечно циничный век, создаёт его безнаказанность в Интернете, когда ты можешь опорочить звезду, написать гадость. Одно дело, когда ты указал соседу, что он неправильно живёт и получил за это по лицу. А другое, когда ты тыкаешь звезду, которая сдачи дать не может. Звезда будет злиться и депрессовать – люди творческие очень ранимые. И вот эта циничность превращает звёзд в мишень. Все за ними следят, чтобы над ними постебаться, чтобы получить удовольствие от осознания, что звезда – такой же человек с проблемами и слабостями, как и у тебя. После того, как звезда умирает, её возносят на пьедестал. А толпа принимается «жевать» кого-то другого.

Примерно об этом моя книга «Быстрее С.»

Наталья Милявская с Кириллом Батиштой

– Какими тиражами ты издавалась?

– В бумажном варианте это небольшие тиражи – 2000 экземпляров, а в электронном варианте их можно продавать сколько угодно.

– Скажи честно, это приносит деньги? Многие думают, что писатель, издавший книгу, озолотился…

– Это не так. Если бы я издалась тиражом, как «50 оттенков серого», я бы озолотилась. А так у начинающего писателя за первый тираж небольшой гонорар, сопоставимый с одной зарплатой.

– Детские книги не планируешь начать писать?

– Я пока не доросла ещё. Мне кажется, нужно быть очень мудрым человеком, чтобы писать для детей. Может быть, когда постарею, засяду. После «Скупщика» у меня валяется несколько идей. Я сейчас думаю, что из этого написать. Есть одна достойная история и, если она воплотится, то это будет антиутопия, киберпанк, где главным героям – не больше 20 лет.

– Какой у тебя разнообразный набор жанров. Твой «Демон» – это же тоже не совсем мистика. Шикарный момент, когда Демон, чтобы отвязаться от полиции, достаёт сначала удостоверение Общества охотников и рыболовов, потом Членский билет союза писателей, потом Мандат свидетелей Иеговы и, наконец, находит мандат депутата Госдумы. Это же из жизни списано?

– Ну, я не хочу залезать на поле великих, но это магический реализм. Это история на полутонах, показывающая, что существует некий другой мир. Когда к тебе подсаживается в кафе человек и предлагает душу продать, а ты можешь сделать это.

– А ты сама веришь в мистику, в потусторонний мир?

– Я верю в энергию, в карму.

Если ты поступаешь плохо, зло к тебе вернётся, или к твоим детям. Я верю, что даже если ты внутри себя отказываешься от больших идей в угоду мелких материальных радостей (именно про это «Скупщик»), у тебя Вселенная заберёт твою искру и ты превратишься в бескрылое существо.

Поэтому я пишу не из-за денег, а потому что мне это нравится. А если ещё и купили, то вообще шикарно (смеётся)!

«Всегда хотела работать в кино»

– Наташа, ну ты же не только писатель, но и сценарист? В твоей фильмографии уже три сериала – «За первого встречного», «Без памяти» и «Новогодний экспресс». Как так получилось?

– Был у меня такой момент в жизни, когда я только начала писать книги. Я мечтала, что однажды утром проснусь звездой: меня завалит деньгами, будет звонить Спилберг и просить продать авторские права! Но тогда же я поняла, что я далеко не звезда и нужно двигаться дальше. Когда я бегала по издательствам и предлагала свои книги, синопсис (краткое содержание) я показала и в кино. Точнее, мои синопсисы показал мой друг актёр Алексей Завьялов. К сожалению, Лёши уже нет с нами – он разбился, прыгая с парашютом. Так вот, показывал там-сям, но везде говорили: неформат. Вечно всё, что я пишу, оказывается неформатом.

Тогда я ещё работала с «Банд’Эрос», но, как бы я ни любила ребят, понимала, что нужно двигаться дальше. С Кириллом Батиштой мы закончили книгу, и я ушла из проекта. Почти два года я жила на отложенные деньги, но очень хотела работать в кино. И вдруг знакомые сказали, что в одном проекте нужен диалогист – человек, который расписывает диалоги в сценарии. На самом деле, над сценарием может работать огромное количество людей: идею придумывает один, синопсис пишет другой, диалоги – третий.
Диалогист нужен был Константину Наумочкину – прекрасному сценаристу, обладателю «ТЭФИ», продюсеру, работавшему на телеканале СТС, и в компании «Амедиа». Человек он очень требовательный, но мы с ним сработались. С ним мы и создали «Без памяти» — это история по его идее, я была на седьмом небе от того, что смогу поработать с таким мэтром! Это была моя первая профессиональная работа в кино. В 2015 году мы сдали сценарий, в 2018 прошли съёмки, вскоре сериал должен выйти на экраны. Потом у меня купили уже мою историю, «За первого встречного», там главную роль играет Равшана Куркова. Я ее целый год писала!

А с «Новогодним экспрессом» вышла несколько другая история, которая развивалась стремительно. На все телеканалы нужны хорошие новогодние истории, причём особенно любит наша киноиндустрия мелодрамы, поскольку большая часть аудитории – это женщины среднего возраста. Нам, девочкам, что в пятнадцать, что в шестьдесят пять, всегда хочется посмотреть про любовь со счастливым концом. Признаюсь честно, у меня мелодрамские мелодрамы получаются плохо: я не люблю, когда все рыдают, а люблю, когда все смеются. Вообще все самые тяжёлые моменты можно пережить только со смехом. Поэтому хорошо у меня получаются романтические комедии.

Знакомые ребята из одного продакшн в сентябре 2017 года попросили новогоднюю историю. Заказ был на сценарий для четырёхсерийного сериала. Я села, задумалась – в итоге родилась история, которая происходит в поезде. Каюсь, я вдохновлялась британским фильмом «Реальная любовь», но и своего материала было достаточно. На Новый год я почти всегда езжу к родителям, в Волгоград. И нередко так бывало, что 1 января я как раз встречала в поезде.

Все персонажи этой истории имеют реальные прототипы в жизни. Проводница Аня – моя подружка-хохотушка, которая никогда не унывает. Девочка с собакой, которая однажды ехала со мной в купе. Испанец, едущий впервые в Питер, в гости. Все герои «Новогоднего экспресса» – это те, кого я когда-либо встречала в поезде.

Главное – уметь отпускать

– Наташ, а что главное в работе сценариста?

– Нужно уметь отпускать сценарий. Если ты пишешь книги, то издательства тебе уже, в принципе, не нужны. Можно пойти в онлайн-издательство и напечатать книги без правок, ещё и ни одно дерево не пострадает.

А искусство кино – оно синтетическое, и на сюжет могут влиять множество человек: продюсер, режиссёр. Если брать великие картины, например, «Чужого», то из истории создания сценария мы узнаем, что лейтенант Рипли изначально была персонажем мужского пола, а в «Назад в будущее» машина времени была встроена в холодильник. Поэтому сценаристу нужно уметь отпускать, иначе сойдёшь с ума. Сдал, забыл и пиши новое – только так. Я, к примеру, села с интересом смотреть «Новогодний экспресс», отмечая, что это убрали, это добавили, это переделали. И это нормально.

– Насколько я знаю, ты являешься автором глянцевого журнала Cosmopolitan?

– Являлась. Я работала с ними около восьми лет. Началось всё довольно неожиданно – ещё в Волгограде. В тот момент я защищала диссертацию – я кандидат философских наук – и так устала от научной литературы, что решила размяться (смеётся). В одном из журналов Cosmo я наткнулась на статью, как стать автором журнала с инструкцией, расписанной по пунктам. Я отослала им два материала и через какое-то время мне позвонили и сказали, что одна статья им подходит.

– А на какие темы ты писала?

– Во-первых, я писала про секс. Это сейчас тема открыта, проведено множество исследований, а в 2007 году писать про куннилингус было ого-го. Но что я, журналист, могла рассказать читательницам про секс? Поэтому постоянно общалась с сексологом, психологом.

Это сейчас журналистика потеряла в качестве, я даже не говорю о качестве языка. Сейчас много публикаций из разряда «бабки на лавке сказали». А тогда нужны были солидные эксперты.

Во-вторых, писала я про отношения – в коллективе, семье. Про командировки. В общем список тем у меня был обширным, а так как я пишу весело и с юмором, то меня охотно печатали. У меня до сих пор есть все подшивки журналов.

Ещё я работала в московском журнале «Топ Башня» и журнале Business Traveller.

– Почему бросила?

– Кино слишком увлекательно! Всё мое время занимают сценарии, одну тему я пишу, вторую разрабатываю, третью думаю — всё, как с ягодками. Я сценарист-фрилансер.

«В отпуске хочу оберегать сумку от обезьян»

– В принципе, ты принадлежишь сама себе? Ты говорила, что любишь путешествовать. Бывает такое: проснулась, открыла глаза и решила, что вечером будешь уже на берегу, скажем, Тихого океана?

– Ну вот прям так не бывает. Но бывает, что лежишь и думаешь: «А давно-ка я нигде не была!». И начинаешь покупать билеты и планировать очередную поездку.
Каждое лето мы обязательно едем куда-нибудь с мамой. Начинали мы с Болгарии, потом были в Париже, на Майорке, в Таиланде, Риме… В общем вывожу маму в свет. Еще 2-3 раза в год выбираюсь с друзьями. И вот с ними мы можем оказаться в самых необычных местах. В последний раз я была на Занзибаре, мы с подругой даже сделали прививку от жёлтой лихорадки, которая, кстати, действует всю жизнь. Я вообще люблю забираться в какие-нибудь отдалённые места: острова Таиланда, Камбоджа… Европа, конечно, прекрасна, но это не то.

В своём отпуске я хочу оберегать сумку от обезьян и стараться не наступить на змею.

 

– Много стран на карте крестиком отмечены уже?

– Не так много – всего 22, хотя в некоторых, например, Таиланде, я была пять раз. Скоро опять собираюсь. Кстати, мы с подругой даже создали отдельный аккаунт в Инстаграме, про наши путешествия, где валяем дурака в разных точках нашей планеты — @twowitchesonthebeach, вэлкам!

– То есть, ты большую часть средств тратишь на путешествия и с подшивкой Cosmopolitan переезжаешь с одной съёмной квартиры в другую? Я ничего не упустила? Может, все-таки есть мещанские планы купить квартиру в Москве?

– Конечно, когда-то нужно будет обзавестись московской пропиской (смеётся), а то без регистрации я там живу 10 лет. Я очень просто отношусь к институту съёмного жилья – весь мир так живёт. Есть, правда, определённые неудобства – у хозяев квартиры могут поменяться планы. Но в целом пока эти неудобства некритичны, да и на квартиру я ещё не заработала. Принципиально ничего не беру в кредит, поэтому как заработаю, так и куплю.

У меня нет пунктика по этому поводу. Да и как можно загадывать на годы вперёд? Моя подруга вывалилась с балкона в 16 лет, мой друг умер от неизлечимой болезни в 22 года. Как мы можем загадывать, что будет завтра? Нужно жить здесь и сейчас!

– А где бы ты хотела жить? Может, уже есть планы покинуть и Москву тоже? Переехать, например, в Европу или на Пхи-Пхи в Таиланде?

– Пока меня всё устраивает в столице. Но я не могу быть уверена, что так же буду думать завтра. Мы все меняемся, меняется наше мнение. И это нормально!

– Может быть, мечта «голубая» есть?

– Да! Хочу полететь в космос. С детства им брежу. Вот станет космический туризм более доступным — и рвану (смеётся)!

Как вам запись?

31 балл
Норм Плохо

Пушкинский оpen-аir: «У Лукоморья дуб зелёный…»

Константин Калачёв: «Михаил Музраев мог посадить меня типа «за наркотики»