in ,

Руслан Герасимов. Букварь и синюю

Автор популярного телеграм-канала о гражданской журналистике, политике и волгоградских реалиях.

Коллаж: Андрей Цветков/ Volganet

Для тех, кто внимательно следит за новостями в волгоградских телеграм-каналах, Руслан Герасимов – личность известная. Автор канала «Букварь и синюю» любит обсудить тему госзакупок, буквально с лупой анализируя каждую цифру, после чего выдаёт крайне неудобные выводы для власти. В прошлом билд-редактор известного информагентства, он любит пройтись по вчерашним коллегам, но всегда делает это с приведением примеров и фактов.

Встретились с Русланом мы на нежно любимой им Центральной набережной Волгограда. Дерзкий и въедливый телеграмщик оказался весёлым и интересным собеседником, вполне адекватно воспринимающим критику и провокационные вопросы.

Журналиста обидеть может каждый

Volganet: Руслан, ты ведь по большому счёту в журналистике новое лицо? Как ты вообще затесался в наши ряды?

Руслан Герасимов: По образованию я – психолог, работал бизнес-тренером. Вернее, конкретно по этой специальности особо не работал, но она пригодилась мне в жизни: я десять лет провёл в торговле…

– Активно людям «впаривал»?

– Был такой момент. В одном из крупных магазинов по продаже техники я продал самую дорогую в его истории страховку для фотоаппарата. Так вот, получилось, что из торговли я пришёл на новостной портал Волжский.ру – работал там неофициально на фрилансе без должности и денег. Можно сказать, руку набивал в качестве билд-редактора и фотографа, а спустя небольшой промежуток времени меня пригласили на портал «НовостиВолгограда». За полтора года я понял, как работает вся «кухня». Попытки же что-то писать на социальные темы (ЖЖ, Твиттер) сам я предпринимал давно, потому что на сайте отвечал больше за визуальный контент.

Фото: из личного архива Руслана Герасимова

В феврале этого года я ушёл с портала, поскольку уже накопилась критическая масса. Я понял, что между тем, что я снимаю, и тем, что выходит в итоге на сайте, есть масса противоречий. Первое время внутри редакции я пытался с этим бороться, но это оказалось бесполезным. Несмотря на то, что у моего холдинга были относительно развязаны руки, руководство предпочло придерживаться линии работы с властью.

– Критическая масса накопилась, и ты решил, что все негодяи, один ты — д’Артаньян? Или как ты себя позиционируешь: морализатор в белом пальто, Робин Гуд?..

– (Смеётся). Безусловно, д’Артаньяном я себя не считаю. И мне прилетает за то, что я критикую коллег. Мне предъявляют претензии, что я выливаю «нутряк», хотя я этого никогда не делаю. Я всегда говорю только по фактам и указываю на ошибки в текстах, опираясь опять же исключительно на факты.

Моральную сторону вопроса я для себя решил раз и навсегда: у меня хватает компетенции и опыта, чтобы указать на ошибку, понять, где лажа, а где нет.

Я, конечно, не Бог журналистики, я не вхож ни в какие структуры, я никого не знаю в администрациях. Максимум – это горячо «любимый» мной Александр Бондаренко. Но я вижу, когда материал сделан некачественно.

Свой в «телегу»

– Поэтому ты решил вести свой телеграм-канал и делать качественную журналистику?

– На самом деле зарегистрировал канал я полтора года назад. Пинком для меня стал митинг, который организовал Навальный в Волгограде перед президентскими выборами. Тогда меня и ещё нескольких журналистов погрузили в автозак и увезли «до выяснения». Мы эту ситуацию, естественно, раскачали. И когда мои записи начали репостить, когда информация дошла до администрации президента, когда извинения принёс глава Союза журналистов России Вишневецкий, я понял: телеграм-канал – это реальный инструмент.

На какое-то время по личным обстоятельствам я его забросил, а активно начал вести с зимы. Но я бы не сказал, что мой канал – это прям журналистика. Самое главное, что я сейчас делаю, – проверяю госзакупки. В этом и есть смысл моего канала. Я уверен: следить за работой власти нужно и это, на самом деле, не так сложно, как кажется.

Без контроля работа власти превращается в полный беспредел: это видно и в сметах, и в деньгах, и в качестве.

Собака лает – караван идёт?

– Да, мы постоянно изучаем твои вкладки с цифрами и по многим объектам в Волгограде. Твоя любимая тема – реконструкция набережной. Но пока, мне кажется, получается, как в той пословице: «Собака лает – караван идёт!». Ты, к примеру, пишешь, что на госзакупках розу покупают по 1500 рублей, тогда как самая дорогая на рынке стоит 300. Ты куда-то обращался – в прокуратуру, например? Есть ли реакция?

– До того момента, как я зарегистрировал собственное СМИ, я был никем – блогером, по сути. Я показывал людям, что недостаточно просто писать, нужно ещё и что-то делать. На каких-то острых темах будет достаточно и того, если включатся все СМИ. Но я делаю больше: я нахожу цифры, пишу об этом и подаю запросы в прокуратуру. Я уже обращался в надзорное ведомство по ГЭС, по плитке, по набережной, по парку «Царица» и по волжскому парку.

Фото: из личного архива Руслана Герасимова

Так вот, отреагировали на меня только в Волжском. Сразу же после того, как я опубликовал маленький кусок сметы на строительство детской площадки в парке Волжского, потом позвонил поставщику, потом опубликовал ещё один пост… Через месяц площадку доделали и даже сделали больше, чем изначально закладывалось в смету – нашли деньги.

Конечно, это можно списать на совпадение, но я прекрасно понимаю, что движение началось именно после моих постов.

По Волгограду пока всё совершенно глухо. Из прокуратуры приходят отписки, по некоторым вопросам ещё пока даже не пришли никакие ответы.

– И что отписывают?

– Коррупционной составляющей не выявлено!

– Интересно, почему не срабатывает в Волгограде? Вот лично твоё мнение?

– Я бьюсь с этим уже довольно долго и сам постоянно задаю себе этот вопрос. Уже хочется каску купить, чтобы об стену безопасней биться было. Я делал и по-хорошему, делал и по-плохому… Не работает никак! Волгоградская власть совсем не идёт на диалог.

– Почему?

– Я думаю, это привычка, когда никому ни до чего нет дела: СМИ об этом не пишут, жители не задают лишних вопросов. Потому власть относится ко мне так: «Ну, покричит и успокоится». На самом деле, как в той пословице: «Собака лает – караван идёт!».

Когда молчат СМИ

– А почему, на твой взгляд, молчат СМИ?

– Хочу сказать, что ещё пять лет назад такой жести не было.

По принципу замалчивания и полировки действительности работал холдинг, но с ним всё понятно: бюджетные деньги, Яндекс-волны… Меня пугает так называемая независимая пресса. Отдельными заметками они могут как-то куснуть власть, но на этом всё. С рекламой плохо, поэтому они живут на гранты, которые даёт областная власть.

Получается, что все куплены и пишут только ту версию действительности, которая удобна администрации.

Я понимаю, что СМИ не могут быть независимыми ото всех – это утопия. Момент зарабатывания денег накладывает отпечаток, но проблема в другом: у нынешних волгоградских СМИ просто нет потребности давать объективную картину, есть лишь потребность заработать любыми средствами. И это меня коробит!

Фото: из личного архива Руслана Герасимова

Почему выстреливают мои посты? Потому что я пишу правду. И мне не нужно сохранять возможные отношения с кем бы то ни было (хотя, в принципе, я уже со всеми эти отношения испортил). А СМИ расслабились так же, как и власть. Журналисты привыкли гнать хайп, ДТП, звёзд и прочее. Писать серьёзные материалы, анализировать никто не хочет. Уровень журналистики резко упал. Я знаю отдельных журналистов, которые могут писать, но им не дают – в силу редакционной политики.

– И ты поэтому постоянно «тыкаешь» журналистов в их ошибки, мягко говоря, упрекая их в своём канале?

Я делаю за них всю грязную работу: нахожу цифры, раскладываю по полкам – только пишите. И хочется верить, что благодаря мне в последнее время стали больше уделять внимание цифрам, обращаться к данным госзакупок. Если раньше что-то и попадало в прессу, то только совсем хайповые вещи, типа туалета для губернатора за 4 миллиона рублей. Сейчас СМИ больше пишут о благоустройстве в цифрах, откликаясь на живые темы, интересные обществу.

Госзакупки – любимый конёк

– Ты на сайте госзакупок живёшь?

– Я мониторю сайт каждый день, у меня есть куча разных таблиц, папок. Всё, как в солидной редакции.

– Я думала, у тебя экономическое образование – ты очень легко оперируешь цифрами…

– На самом деле, это всё несложно, было бы желание. В госзакупках совершенно всё на поверхности, доступно и понятно. Просто нет такой задачи. Я могу написать подробную инструкцию для тех, кому интересно. Хоть уже вебинар организовывай (смеётся).

– Руслан, есть такая поговорка — тебе наверняка известная, как человеку, женатому не один раз: «Лодка любви разбилась о скалу быта». Давай переиначим её и применим к нынешним реалиям. Может быть, молодые журналисты и хотят, но в волгоградских редакциях (в их подавляющем большинстве) подобные темы под строжайшим запретом. Главный тезис: «В Волгоградской области всё двигается только вперёд!». И получается, что журналистам остаётся либо смириться, либо идти на рынок торговать цветами.

– Есть два пути. Первый: смириться (как это делает 90 процентов журналистов). Второй: появление гражданской журналистики. То есть те, кто найдёт в себе силы раскручивать себя в «телеге», в ФБ, ещё где-то, могут получить шанс. Можно работать в редакции в рамках гранта, а свою точку зрения озвучивать на других площадках.

– Разве реально соблюсти такой баланс?

– Я никогда не говорил, что будет легко. Понятно, что это утопия: в своём СМИ я пишу в рамках гранта о том, как всё в области хорошо, а потом хаю всё на своём канале. Заводите канал анонимно – никто этому не мешает.

Выйти из тени

– Ты, кстати, вышел из тени? Славы хотелось?

– (Смеётся). У меня как раз возникла конфликтная ситуация с моей редакцией. Я уже завёл свою «телегу» и постил довольно критические моменты. Многие уже поняли, кто автор «Букварь и синюю», потому что я давал материалы с тех мероприятий, где был в рамках редакционных заданий. К сожалению, моя редакция тоже далеко не всё освещала объективно и полно. Так, например, было с вертолётом на учениях МЧС. Смысл учений был в том, чтобы поднять медицинский вертолёт в плохую погоду. В итоге из-за «нелётной погоды» его так и не подняли в воздух, а, значит, человека (по легенде учений) не спасли. Учения превратились в фарс и никому не нужное совещание.

Я, несмотря на непрозрачный намёк от представителя обладминистрации, что писать об этом не стоит, сделал пост в своём телеграм-канале. Публикация набрала тысячи просмотров, дошла до Москвы. В итоге моему главному редактору позвонили и выкатили претензию. Дескать, ваш сотрудник опубликовал то, что публиковать было нельзя.

Фото: из личного архива Руслана Герасимова

После этого у меня состоялся крупный разговор в редакции. Меня поставили перед выбором: либо я прекращаю сливать с тех мероприятий, на которых бываю в рамках редакционных заданий, либо…

– «Прощай, наша встреча была ошибкой?»

– Ну нет! Мне понравилась позиция редакции — меня никто не выгонял. Но спустя непродолжительное время я понял, что глупо скрывать свою личность (все, кому надо, и так поняли, кто я). А чтобы моё поведение не отразилось на редакции, я ушёл, а потом объявил, кто автор «Букваря и синей».

Я никогда не скрываюсь за анонимностью, я все документы отправляю под своей фамилией, я не обрезаю персональные данные. Я как бы своими собственными руками в будущем шью себе дело…

Волков бояться…

– Не боишься, что и у тебя попросят прикурить, а найдут деталь от адронного коллайдера, которую ты украл?

– Не боюсь ли я? Мне жена этот вопрос постоянно задаёт. Я сам два года назад задавал его Навальному, когда тот открывал штаб в Волгограде. На что он мне сказал: «А смысл бояться?». Закрыть могут любого! Перестану ли я делать то, что делаю? Нет, не перестану! Видел ли я за собой слежку? Неоднократно!

– А за семью не боишься?

– Конечно, я за них переживаю. Я не оголтелый одиночка, которому нечего терять. Но в силу своего характера и того, что вижу вокруг, я не могу молчать.

– Наивный энтузиаст?

– Я умный наивный энтузиаст (смеётся). Я не считаю себя дураком и в чём-то я осведомлённый.

– С моральной точкой зрения всё понятно. А с финансовой как? Ты планируешь зарабатывать деньги на канале?

– Нет, монетизировать его я не собираюсь, у меня есть другие источники дохода. Я понимаю, что вести канал и работать «от звонка до звонка» невозможно. Но есть масса вариантов: фриланс, СММ, дизайн, программирование. Можно вести несколько проектов не в Волгоградской области и получать неплохие деньги, продолжая заниматься каналом.

Хочу сказать, что те люди, которые уходят от работы на дядю, у них перестраивается сознание, и в их жизни много чего меняется. Конечно, нужно быть очень трудолюбивым, ведь когда ты работаешь на себя – ты работаешь в пять раз больше.

Книги всех цветов радуги

– Руслан, прекрасное название – «Букварь и синюю»…

– Может и нескромно, но самому очень нравится! Название пришло спонтанно. Я любитель старого КВН. У «Утомлённых солнцем» была сценка про охранника библиотеки, где его спрашивали, какие книжки он прочёл. На что он ответил: «Букварь, а вторую – синюю».

На момент создания канала мне этот момент вспомнился.

Получилась такая аллюзия: я тупой мальчик, который прочитал две книжки, потому пишу то, что пишу.

– Ну признайся, у тебя же их больше, чем букварь и синяя? Есть еще третья – красная?

– Ну, книжки всех цветов радуги точно прочитал (смеётся). Не скажу, что я книгоман, времени в связи с работой в инфополе мало, но в отпуске я обязательно что-то читаю. Вообще, в принципе, считаю себя довольно начитанным.

Нецензурно и ненормативно

– Руслан, мы признаём, что Телеграм реально становится для многих источником информации, вытесняя привычные СМИ. Но меня лично коробит издевательство над языком и ненормативная лексика, которую любят и частенько ею сильно злоупотребляют телеграмщики. Вы же сами опускаете своего читателя!

– Я согласен, что, используя подобное, авторы телеграм-каналов снижают уровень культуры своих подписчиков. В этом плане мне легко вести свой канал, потому что я основываюсь на фактах и цифрах. В «телеге» очень много политики на уровне слухов и домыслов. Я, по долгу службы, тоже такое читаю, хотя мне и не очень интересно. Я не люблю обоснованных небылиц. Поэтому я призываю всех, кто только начинает в «телеге», основываться только на фактах!

Фото: из личного архива Руслана Герасимова

Раньше я иногда тоже использовал ненормативную лексику. И когда мне делали замечания, говорил: «Мой канал – как хочу, так и веду!». А сейчас, когда я уже достиг определённого уровня, я стараюсь обсценную лексику использовать только в особых случаях, так сказать, в качестве реальной эмоциональной «приправы».

Те каналы, в которых много ненормативной лексики, которые не ставят запятые, пишут с ошибками, их тяжело и неприятно читать. Они понижают уровень культуры. Но, с другой стороны, они пишут то, что хотят читать люди. И это уже говорит об уровне подписчиков.

В любом случае, использование мата, неграмотные тексты – это неуважение к читателям. Моё образование и воспитание этого не позволяют.

– А что ты заканчивал?

– Академию госслужбы, ещё когда она была ВАГСом, по образованию – я социальный психолог.

– Психологические портреты каждому собеседнику рисуешь?

– (Смеётся). Нас сразу учили, что этого делать ни в коем случае нельзя. Но многие психологические приёмы и знание психологии помогают в общении.

Запрещённый ресурс

– Вот странная ситуация получается. Телеграм – официально запрещён, но не так давно прокуратура тоже завела себе канал…

– Да ФСБ уже тоже в «телеге», осталось только Роскомнадзору прийти и это будет бинго (смеётся). Хотя я понимаю логику: если не можешь сопротивляться – возглавь!

Телеграм в условиях «тотальной цензуры», когда говорят, что писать и что не писать, — реальный инструмент. Мы перестали доверять СМИ, поэтому телеграм и становится таким популярным. Люди надеются, что хотя бы здесь прочитают правду или близкую к ней версию.

Набережная всегда!

– Ну что, остаётся только дать тебе слово по твоей любимой теме – набережной Волгограда. Ты буквально по кирпичику разобрал благоустройство, пересчитал все цифры. «Итого» подвёл?

– Вот пока «итого» не сделал, но обязательно восполню пробел – спасибо за мысль! Но проблема в том, что всего я просто не посчитаю. То, что я нашёл, – лишь верхушка айсберга. Это меня и удивляет, и пугает одновременно. Когда я вижу четыре миллиарда на берегоукрепление, я понимаю, что не будет потрачено и половины этой суммы. Но мы это никак не проверим: ты не пройдёшь с рулеткой и не померишь, сколько песка, щебня завезли.

Другой разговор, когда речь идёт о лавочках, брусчатке, деревьях… На тему лавочек меня вообще натолкнул мой подписчик, без него я бы не обратил на них внимания.

Накануне съёмок передачи «Общественная экспертиза».
Фото: из личного архива Руслана Герасимова

Изначально, когда я прошёлся по всем «косякам» набережной, лавочки я пристально не рассматривал. Потом мне посоветовали посмотреть, кто их сделал. На следующий же день я приехал снова и увидел, что на них стоит логотип «Красоты под ногами». А в смете значатся лавочки совершенно другого производителя, у которого эти скамейки выполнены из более дорогих материалов и более качественно…То есть, фактически из сметы увели половину суммы!

Я поражаюсь наглости подрядчика! Одно дело трубы, которые зарыли в землю – их мы не увидим. Но когда то, что на поверхности, сделано с такими нарушениями, с такой коррупционной составляющей!.. Это фиаско, братан!

И вот тут я понимаю, насколько мы с вами сами опустили нашу журналистику, что она молчит о таких вопиющих вещах. Ведь и нужно всего ничего: сравнить то, что в смете, с тем, что закупили и поставили.

– Но пока об этом пишет только «телега», власти легко игнорируют выпады…

– Это временно! Думаю, вскоре телеграм-каналы накопят свою критическую массу, и тогда власти нужно будет считаться с ними и держать отчёт перед людьми, которые их читают.

Как вам запись?

33 балл
Норм Плохо

Урюпинск-АRT: в столице российской провинции показали, как живёт современное искусство

Вы меня бесите: Волгоград попал в десятку самых агрессивных городов России